6 декабря 1941 года во время боя у деревни Рябинки Конаковского района Калининской (ныне Тверской) области 26-летний сержант В. В. Васильковский закрыл своим телом амбразуру вражеского дзота.
Вячеслав Васильковский родился в 1915 году в Москве.
Вскоре семья переехала в Воронежскую область. Отец умер рано, и маленький Слава и его брат Гоша воспитывались в семье вдовца Прозорова, за которого вышла замуж мать.
Старший брат отчима, живший в Ленинграде, взял Вячеслава к себе на воспитание.
Так в 1928 году 13-летний Слава Васильковский и становится ленинградцем.
Он закончил одну из лучших школ города, № 28, где в свое время учились М. П. Мусоргский, П. Ф. Лесгафт и другие выдающиеся деятели русской культуры.
Парень оказался на редкость способным: за три года он освоил пятилетний учебный материал и, закончив школу, в 1934 году стал студентом исторического факультета Ленинградского университета.
Днем он учился, а вечером работал преподавателем истории в вечерней школе для взрослых, а еще занимался комсомольской и оборонно-спортивной работой.
По свидетельству очевидцев, Вячеслав Васильковский был первоклассным значкистом ГТО, разносторонним спортсменом.
После окончания университета работал в музее истории религии, который находился тогда в Казанском соборе. 9 ноября 1939 года был призван в Красную Армию, принимал непосредственное участие в советско-финской войне 1939 – 1940 годов. В 1940 году ему было присвоено звание сержанта.
Подвиг.
С первого дня Великой Отечественной Васильковский, 26-летний сержант роты ПВО, находился в составе действующей армии.
В ноябре 1941 года 1319-й стрелковый полк 185-й дивизии, где он служил, перебросили из-под Калинина на конаковский рубеж.
Небольшую деревню Рябинки фашисты укрепили как настоящий бастион.
Вот как вспоминал тот день комбат Григорий Иванович Гущин, который видел бросок Васильковского на свинцовый огонь собственными глазами:
- Сюда, на конаковский рубеж, нас перебросили из-под Калинина в середине ноября.
Обстановка тогда резко ухудшилась, угроза Москве стала еще реальнее: немец пер со всех сторон.
А у Конакова оголенность образовалась, войск мало было. Вот нашей 185-й и сыграли марш-бросок. Комдивом был подполковник Виндушев.
Офицеров тогда не хватало, сержанты нередко ротами командовали.
Потеснили мы тогда фрица основательно, но успеха закрепить не смогли: мешали Рябинки.
Деревня на небольшой высотке, со всех сторон просмотр хороший.
Несколько раз штурмовали мы Рябинки, и ночью пятого предприняли еще одну атаку, но опять неудачно.
И вот шестого утром новая атака.
Ведя огонь на ходу, перебежками приблизились к самой деревне.
Еще бы рывок - и все! Но тут из замаскированных дзотов заработали сразу два вражеских пулемета. Васильковский командовал взводом.
Боец Степан Михеев попытался гранатами подавить первый дзот, но был срезан очередью.
Пополз Савченко и уткнулся в снег, замолк: его ранило.
Тогда сержант Васильковский с двумя связками гранат, без приказа, быстро, по-спортивному двинулся вперед.
Первый дзот он успокоил с ходу, но тут же ударили из второго.
Васильковский был уже ранен в ногу, но сумел приблизиться ко второй огневой точке и бросить гранаты.
Но, видимо, силы его, раненого, покидали, и взрыв был не совсем точным и успешным.
Пулемет снова зарокотал. Тогда Васильковский рванулся к амбразуре, закрыл ее своим телом, успел схватить за горячий ствол.
В таком положении и увидели мы его, выбив фрица из деревни... Подвиг его под Москвой, пожалуй, первым был.
Другие бойцы, в том числе и Матросов, уже позже подобный героизм совершали.
Наградили Васильковского посмертно орденом Ленина.
Люди постоянно спрашивали – почему не дали Героя? Мы тоже этот вопрос постоянно задаем.
Но тогда и эта награда считалась высочайшей.
Все равно он в народе живет Героем.
